Когда я поступала в медицинский, я вообще слабо себе представляла, какой будет моя жизнь через 6 лет. Я знала, что люблю медицину, и это все, что нужно было знать. Я понимала, что всегда заработаю деньги, так как могу преподавать английский. Первый год учебы был ужасным: это не имело ничего общего с медициной, это было очень грустно: незаинтересованные преподаватели на кафедрах биоорганической химии, математики, холодные кабинеты в недостроенном здании в Измаилове. И все было плохо до тех пор, пока у нас не началась пропедевтика внутренних болезней на третьем курсе — тогда мы наконец-то добрались до человека.
На одной из первых летних практик мы работали санитарками в травматологическом отделении. В какой-то момент нас пустили на операцию — тотальное эндопротезирование тазобедренного сустава. Мы всей толпой стояли за стеклом, оперировал крупный видный травматолог, у которого волосы торчали из хирургического костюма. И вдруг он говорит почему-то мне: «Заходи внутрь, можешь постоять». Я трясущимися руками завязываю маску и захожу. Он из остатков костного цемента лепит сердце, обмакивает его в операционную рану и дарит мне. Я в тот момент сползла на пол. Я до сих пор это сердце всегда вожу с собой. Моя сестра говорит, что это было ужасно неэтично, а в Америке бы за такое лишили лицензии. Мне же кажется, что это самая романтичная история про любовь к медицине.
http://medportal.ru/mednovosti/main/201 ... 8danilova/
Вход
FAQ
Поиск
