|
Ночью в аэропорту встречал жену с сыном. Мизантропия меня охватила ещё до попадания в зал ожидания. На входе в аэропорт стоит досмотровая рамка (идиотизм полнейший, зачем досматривать встречающих?). Все терпеливо стоят в очереди. Подходит моя очередь, я кладу на ленту свою мини-сумку. А тут большая однополая семья нагло обходит очередь и проходит через рамку. Охрана требует, чтобы они пропустили свои сумки через рентген. А моя сумочка уже собирается занырнуть в недра досмотровой машинки. Бабулька швыряет свой сумарь на ленту, прямо на мою сумку, в которой лежали телефоны. Вот же думаю, дурная баба. Жду в зале. Сидеть не хочу, слоняюсь по залу, от скуки рассматриваю встречающих. И понимаю, что они меня почти все бесят. Вот семья, с ними сын, лет тридцати. Одет бедно, волос на лице нет, грудь второго размера и огроменная карикатурная панама на голове. Кто сейчас ходит в панамах? Тем более ночью? Тем более в помещении? А вот юная девушка, я думал, лет 14, потом понял, что лет 24. Худая, видно что не стерва. Волосы цвета меди, глаза чёрные. Лицо откровенно некрасивое. Один из локонов она намотала вокруг лба. Нахрена, спрашивается? И ещё лифичка нет и крохотные титюшата торчат сквозь майку. Бесит? Бесит! А вот пришёл мужик лет 48. Очень высокий, под два метра. Такой тип, не знаю, как его описать, но часто его встречаю: мужик, который любит пить, курить, играть в карты, трахаться и одновременно зарабатывает деньги. При этом этакий нарцисс, держится с достоинством, несмотря на то, что такой образ жизни его уже потрепал. У него какая-то смесь мнимой скромности и спеси. Как-то он так делает, что он всё время в центре внимания. И стал специально в центре зала и на возвышенности, чтобы его было видно со всех сторон. Бесит? Бесит! Во-первых, он явно очень обеспеченый. В руках - охапка роз диаметром в метр. Сам смуглый, как застарелое дерьмо, но одновременно видно, что он болеет и он бледный при всей своей смуглости. Кожа цвета дерьма с молоком. Огроменный нос и торчащий вперёд подбородок. Ну, думаю, ладно, меня бесит то, что он явно очень богат и то, что он пижон. Имеют право. Потом я понял, что меня бесят два мужика лет 50. Думаю, почему? Пришёл к выводу, потому, что они карикатурно толстые. Все остальные в зале просто какие-то неприятные, но без фанатизма. Два-три мужика старых евреев (кстати, не бесили). Высокая бабища, голубоглазая блондинка лет 60 с широченной челюстью и безразмерной жопой. Она всё время возмущалась, что у них в Хайфе не досматривают людей, только арабов. А тут надо зачем-то просвечивать чемодан. Она, кстати, не бесила. Две некрасивых блондинки лет 25. Молодые девки, но что-то в них не то. Ну, и армянистая брюнетка лет 25, так же не бесит. А! Ещё фотомоделистая кореянка. Все девки хоть и какие неприятные, не бесили. Скучаю дальше. Приходят два рейса: из Праги и Стамбула. Идут первые люди. И они меня опять бесят. Думаю, да что же это такое! Я же не мизантроп. Первые выходят бабы с чемоданами. Все какие-то полноватые, в безразмерных сарафанах, с обилием серёжек, браслетов, ожерелий. Не люблю, когда женщина похожа на ёлку. Думаю, вот, почему меня это бесит. А потом пошли уже все остальные. И тут я понимаю, что рейсом из Стамбула прилетели одни сплошные евреи. (Ну, было немного китайцев, негров и турок, даже русские затесались. Остальные - евреи). Вот мальчик из языковой школы с синим галстуком, на котором что-то написано по-еврейски. Вот стройная умная девушка лет 14, в шляпе с перьями, с неправильными чертами лица, но убеждённая в своей красоте. Вот пошли небритые носатые мужики. И в зале почти одни евреи. И две некрасивые девушки блондинки, и скромно одетая мать одной из них, у которой чисто еврейские глаза: водянисто-голубые, сочетающие в себе особую проницательность и какую-то пустоту. Кроме того, у обеих девушек были слишком широкие переносицы. И бабулька, которая швырнула свою сумку на мою сумку. И её внучка маленькая смешная обезьянка лет 7. И сисястый идиот в панаме. И парень с умным серьёзным лицом, у которого глаза почему-то находятся возле ушей. И почти все дедки божьи одуванчики, у многих почему-то были вздёрнутые носы, но очень тонкие. С десяток человек я принял за жертв вялотекущего смешения с кавказцами. И они оказались евреи. И это объяснило любовь части тёток к ярким шмоткам. И неправильные черты лица у части баб. Собственно, евреистые евреи не раздражали. А вот многочисленные полукровки подсознательно вызывали у меня омерзение. Меня аж распирать стало: о чём думают сто незнакомых евреев, когда они собираются в одном месте? Может они как-то перемигиваются между собой? Я хотел спросить мнимо-армянистую девушку об этом, но не решился. Встретил жену с сыном, привёз их домой. Лёг спать, и не могу от ужаса заснуть уже несколько часов. Я два дня был в армянском посёлке. Представляете: везде одни сплошные армяне. Так и то не было такого ощущения ужаса. Сейчас вспомнил, аж передёрнуло.
|