Еще при жизни Ивана Яковлевича, когда он лежал недвижим, а из–под него текло, служителям ведено было посыпать пол песком. Этот–то песок, намоченный из–под Ивана Яковлевича, поклонницы его собирали и уносили домой, и песочек от Ивана Яковлевича стал оказывать врачебную силу. Когда же умер он, то многие приходили издалека и покупали песочек у сторожей. Песочек стал истощаться, а цена ему возросла, и вот прозорливые сторожа носили песок со двора, мочили его уж из–под себя и продавали, но, несмотря на всё это, сила в песочке оставалась та же самая. Одна из таких–то поклонниц, купившая песочек, вылечила им своего сына, ребенка. Разболелся у ребенка животик, мать и дала ему в кашке полложечки песочку, и ребенок выздоровел.

Скорбная весть о смерти его быстро пронеслась по всем концам Москвы: множество поклонников спешило к нему из–за Яузы, из Таганки, из Замоскворечья, и все несли ему уксусу, спирту, духов, масел для умащения его тела. Два дня стоял он в своей комнате, и масса народа не отходила от него, прикладывалась к нему и помазывала его для уничтожения появившегося зловония. Благоразумные же поклонники, опасаясь, что от усердного натирания труп окончательно испортится, сочли нужным вынести его в часовню.
Из опасения, чтоб не украли тело Ивана Яковлевича, стоявшее в часовне, сначала приставили к нему сторожа, а потом внесли в церковь, откуда уже никак нельзя было его украсть. Во все это время шли дожди и была везде страшная грязь, но, несмотря на то, во время перенесения тела из квартиры в часовню, из часовни в церковь, из церкви на кладбище женщины, девушки, барышни в кринолинах падали ниц, ползали под гробом, ложились по дороге, чтоб над ними пронесли гроб. Принесли его в церковь.
Вату, которой заткнуты были у покойника нос и уши, после отпевания делили на мелкие кусочки. Наконец, многие приходили к гробу с пузырьками и собирали в них ту влагу, которая текла из гроба. Должно думать, что и эта влага будет оказывать целебное действие на детей. Срачицу, в которой умер Иван Яковлевич, разорвали на кусочки. Пришли солдаты его обмывать, но женщины вытолкали солдат вон, как недостойных, и сами его обмыли, и ту воду, которой обмывали, тут же выпили.
Некоторые изуверы, по уверению многих, отгрызали лаже щепки от гроба. Бабы провожали гроб воем и причитаниями: «На кою ты нас, батюшко Иван Яковлевич, оставил, покинул сиротинушек (это слово пелось и тянулось таким тоном, что звенело в ушах), кто нас без тебя от всяких бед спасет, кто на ум–разум наставит, батюшка–а–а?» Многие ночевали около церкви. Долгое время на могиле служили до двадцати панихид в день.

Посмотрите вокруг, очень много похожего. Люди выстраиваются в километровые очереди, только за тем чтобы приложиться к очередным "святым" мощам, иконам, крестам и т.п. Недавно даже дары волхвов привозили на радость всем православным. Другие идут еще дальше - ползают хороводом перед иконами. И обязательно найдется какой-нибудь церковник, который приведет слова какого-нибудь святого отца или место в "святом" писании, что так делать правильно и даже желательно.