Этот разговор начался в ветке "Юмор на религиозную тематику",
http://ateist.ru/forum/viewtopic.php?f= ... 421#p40421
Но поскольку он ушел в тему отнюдь не юмористическую, переношу его сюда. Да и тема такая, что многобукафф, выйдет. Но думаю ничего, раздел «Литература» же.
Итак:
Игнатка писал(а):
Что ж они вам, безбожникам, вилку-то вообще разрешили вытащить? Мог бы героически страдать за веру и дальше, особенно если сподобится смиренно справлять нужду прямо в штаны. Вот это вы уже зря. Сами подумайте, ежли в пустыню удалиться, так какое же это страдание, кто ж его увидит и оценит? А если не удаляться, то такую вонь способен выдержать только праведник, каковые не все из окружающих. Да и зачем, если можно сделать специальные штаны с соответствующим разрезом – все и дела! Другое дело, что сама по себе фраза: нам твои органы не нужны, нам вилка нужна - то-то удар по самооценке, по самоотношению, по самопринятию, и вообще по всему, что начинается со слога «само».
Игнатка писал(а):
Правда, судя по словам Серёжи, это скорее уж какая-то пропаганда атеизма получилась...
Нет, всё гораздо проще, и одновременно шире - как всегда обычно и бывает у детей. У них ведь сознание менее рациональное и более архетипичное, чем у взрослых. Есть ОНИ и МЫ, есть некие мнения и нормы, которые НАМ мешают (объективно или субъективно – в данном случае не суть), и существуют ОНИ – которые эти нормы утверждают, и НАМ навязывают. Конкретика же отношений и высказываний - лишь в том, кто такие эти ОНИ: верунята, или школьные ябеды, или скауты (был тоже такой случай), или "патриоты соседнего двора", или фанаты другой команды, другого музыкального течения, или нацики, или казачата, или цыганята или «черные», или инвалиды, или умственно отсталые, или вот как раньше были "теляги", "фураги" и т.п. (очень хороший пример тому - ныне почти забытый фильм "Бакенбарды"). И вдруг, в известной мере случайно, выясняется, что ИХ можно бить. И юридически можно (не правосубъекты же еще), и взрослые не ругаются (в данном случае сотрудники кафе), и физически можно: ОНИ (в полном соответствии с архетипом, приписывающим «чужим» все грехи и пороки) - втроём на одного, а от первого вопля все дружно кидаются бежать. Есть, конечно, и другие ОНИ – но вот ИХ нельзя. Школьного попика - нельзя, допускающую поповский беспредел в школе директрису - нельзя, не решающихся возразить учителей (тем более, некоторых из них дети ненавидят и по другим мотивам). А этих – можно. Значит, надо, чтоб хоть эти ОНИ не давили, если от других ИХ нельзя избавиться («пока нельзя» - обычно обещающе добавляют при этом дети, а уж что они под этим разумеют: бежать, эмигрировать или еще что – это уж чистый нюанс).
Так что это не пропаганда, а всего лишь свойственная данному возрасту реакция эмансипации (освобождения от довления и давления), дополненная архетипическим поведением. Типичный пример того же находим в книгах "Серебряный герб" К. Чуковского, "Кондуит и Швамбрания" Л. Кассиля, и частично даже в "Белеет парус одинокий" В. Катаева: показывание кукишей отвернувшемуся попу, подкладывание пороха под стул, да и уже цитированная мной сакраментальная история с махрой в тесте и т.п. - это не сознательный атеизм, и не его пропаганда, это просто бунт против давящей силы ИХ, НЕ-НАС, против ненавистных учителей, против зловредного городового и т.п. Да хоть против сволочной соседки, всюду развесившей белье, что мешает играть в футбол - помните, с каким пафосом повествовал об этом В. Крапивин? – ну, не было тогда более серьезных «врагов» у детей. Это как назовете – геронтофильская пропаганда? Да ничуть. Архетипы, батенька, архетипы-с!
Но это и не сознательная борьба. В конкретные идейные, или хотя бы сознательные, формы этот бунт оформится (или не оформится) позднее – и во многом в зависимости от того, будут ли продолжать таковые осознаваться как ОНИ, и каким будет чувство МЫ, кто будет в эту общность включен, объективно и субъективно, по мнению растущего человека.
Ну, а кафе только радо дополнительной рекламе - такую скандальную известность как еще получишь? Вчера вечером моя милая по пути с работы заходила туда же в супермаркет, приходит – смеется: «Слушай, в «Баранках» прямо столпотворение, а на тематическую вечеринку непохоже – акция что ли какая». Так что - я уверен - на радостях замнут даже историю с побитой посудой. А вот правда ли висит ли там (в зале или на кухне – тоже вопрос) вилка в рамочке, и что при ней написано - это я да, через некоторое время проверю. Но, знаете ли, пользу корпоративной идеологии и мифологии еще в 1960-е годы доказали японцы. А почему она действует, такая мифология? Так опять-таки, положительно обыгранное чувство МЫ. МЫ- сотрудники, МЫ – постоянные лояльные клиенты, завсегдатаи кафе, и т.п.
Игнатка писал(а):
Прямо-таки "гроб на колёсиках" получился...Именно! Просто бесподобно вы это выразили одной фразой. Так ведь хороший адвокат, по определению - знаток психологии. Вот и она сознательно разыграла именно этот ход, основанный на одном из тех немногих архетипов, который мог в данном случае несомненно ударить даже по такому неразвитому и затуманенному (и болезнью, и религией) сознанию. Архетип Виновности – и соответственно Расплаты, тот самый, что так часто обыгрывается – от детских страшилок и до Баха и Оффенбаха. Тем более что глаз-то стеклянный не метафора, даже сам Горохов ничего сделать не смог, только под протез отсепарировать. Хотя возможно, как женщина, она задействовала и вторичные мотивы: та же эмансипация плюс преуспеяние: дорогая вещь (даже и столь печальная) – это символ преуспеяния. Дескать, хоть такой ценой, я освободилась от тебя – потому и преуспела, а братец так и остался затюканным фриком. Что ж, обдумать и подготовиться у адвокатессы время было, она явно прекрасно знала, на какого клиента шла. Специализация-то у нее обычно другая (знаю потому, что несколько раз она тут по работе у нас же в травматологии появлялась). А тут сама вызвалась, бесплатно притом. Ну уж, если это есть случайность, то и я – Великий Зубр. Вот только не знаю, устроила ли ее такая концовка, или ей в мечтах рисовалось что-то позрелищней. Ну уж это ее право, мечтать о компенсации (ну, или о мести, если угодно) за весь этот пережитый в детстве ужас, боль и унижения.