krx писал(а):
Имею в виду период раннего христианства.
Про катакомбный период христианства лучше всего у Ярослава Гашека:
Цитата:
-- Вы не верите в непорочное зачатие девы Марии, не верите, что палец святого Ионна Крестителя, хранящийся у
пиаристов, подлинный? Да вы вообще-то верите в бога? А если не верите, то почему вы фельдкурат?
-- Дорогой коллега,-- ответил Кац, снисходительно похлопав его по спине,-- пока государство признает, что солдаты, идущие
умирать, нуждаются в благословении божьем, должность фельдкурата является. прилично оплачиваемым и не слишком утомительным занятием. Мне это больше по душе, чем бегать по плацу и ходить на маневры. Раньше я получал приказы от начальства, а теперь делаю что хочу. Я являюсь представителем того, кто не существует, и сам играю роль бога. Не захочу кому-нибудь отпустить грехи -- и не отпущу, хотя бы меня на коленях просили. Впрочем, таких нашлось бы чертовски мало.
-- А я люблю господа бога,-- промолвил набожный фельдкурат, начиная икать,-- очень люблю!.. Дайте мне немного
вина. Я господа бога уважаю,-- продолжал он.-- Очень, очень уважаю и чту. Никого так не уважаю, как его!
Он стукнул кулаком по столу, так что бутылки подскочили.
-- Бог - возвышенное, неземное существо, совершенное во всех своих деяниях, существо, подобное солнцу, и никто меня в
этом не разубедит! И святого Иосифа почитаю, и всех святых почитаю, и даже святого Серапиона... У него такое
отвратительное имя!
-- Да, ему бы не мешало похлопотать о перемене имени,-- заметил Швейк.
-- Святую Людмилу люблю и святого Бернарда,-- продолжал бывший законоучитель.-- Он спас много путников на Сен-Готарде. На шее у него бутылка с коньяком, и он разыскивает занесенных снегом...
Беседа приняла другое направление. Набожный фельдкурат понес околесицу.
-- Младенцев я почитаю, их день двадцать восьмого декабря. Ирода ненавижу... Когда курица спит, нельзя достать свежих яиц.
Он засмеялся и запел:
Святый боже, святый крепкий...
Но вдруг прервал пение и, обращаясь к Кацу, резко спросил:
-- Вы не верите, что пятнадцатого августа праздник успения богородицы?
Веселье было в полном разгаре. Появились новые бутылки, и время от времени слышался голос Каца:
-- Скажи, что не веришь в бога, а то не налью.
Казалось, что возвращаются времена преследований первых христиан. Бывший законоучитель пел какую-то песнь мучеников римской арены и вопил:
-- Верую в господа бога своего и не отрекусь от него! Не надо мне твоего вина. Могу и сам за ним послать!
Наконец его уложили в постель. Но, прежде чем заснуть, он провозгласил, подняв руку, как на присяге:
-- Верую в бога отца, сына и святого духа! Дайте мне молитвенник.
Швейк сунул ему первую попавшуюся под руку книжку с ночного столика Отто Каца, и набожный фельдкурат заснул с
"Декамероном" Боккаччо в руках.
Вход
FAQ
Поиск
