Форум атеистов Рунета

– Я понимаю Вас, мой друг! – сказал Фарбер, – и уважаю Ваше решение. Только… не спешите. Позвольте мне подготовить почву, чтобы Вы не ушиблись при падении слишком сильно. Вы можете подождать ещё несколько дней?
– Думаю, да.
– Тогда вот что, уезжайте из Бристоля куда-нибудь, но не очень далеко, чтобы в любой момент можно было вернуться. Куда-нибудь в деревню, подышите воздухом, или на курорт… Хотя, нет. Лучше, поезжайте в Лондон. Снимите там номер в гостинице и ждите от меня вестей. А я за это время, во-первых, подключу свои связи, а во-вторых напишу и опубликую статью о Вас. Вас, конечно же, арестуют, но, надеюсь, после моих стараний, к Вам отнесутся гораздо мягче. И, главное, я надеюсь, что Вам позволят продолжить работу. Именно в этом я постараюсь убедить всех. И, знаете что, сбрейте бороду.
– Зачем?
– Чтобы Вас не узнали. После публикации моей статьи, Ваша фотография, можете не сомневаться, появится во всех газетах.
– Но я, ведь, иду сдаваться. Зачем мне прятаться? – удивился Одли.
Фарбер вздохнул.
– Дорогой мистер Одли! До полиции надо ещё дойти. Никто не даст гарантию, что толпа, узнав Вас, не захочет Вас линчевать.
Одли горячо, со слезами на глазах, поблагодарил друга. На следующий день Одли сообщил коллегам, что ему срочно нужно по делам ехать в Лондон. Попросил приглядеть за лабораторией и, главное, кормить животных. Если в лабораторию ещё когда-нибудь придётся вернуться, то большинство экспериментов придётся начинать с начала, но чтобы попросить кого-то поддержать работу лаборатории, Одли пришлось бы раскрыться, а этого делать было нельзя. Вечером он простился с родными. О том, что, вероятно, скоро он окажется в тюрьме, Одли рассказывать не стал. Просто сообщил, что на несколько дней по делам уедет в Лондон. Кэти за год вполне оправилась от потрясения и снова стала хохотушкой, такой, как и была.
Утром Одли зашёл в парикмахерскую, попросил сбрить бороду, и сразу же, не заходя домой, уехал в Лондон, где снял номер в гостинице. Наконец он мог немого отдохнуть. Он бродил по городу, по набережным Темзы, по Брик лейн и Ричмондскому парку, вдыхал сырой ноябрьский воздух и старался ни о чём не думать. Хотя, не очень получалось. Одли питался в недорогих ресторанчиках, наслаждался вкусом еды: в тюрьме так кормить не будут. Дважды в день он звонил Фарберу, узнать, как продвигается дело.
А Фарбер зря время не терял. Он засел за статью и писал её два дня, что-то подправляя, вычёркивая и добавляя абзацы. Никогда он ещё так не старался. Он нарисовал портрет Одли, которого Фарбер знает много лет, рассказал о том, какой замечательный Одли человек и учёный, как много он сделал для мировой науки. Рассказал о том, как во время войны Одли спасал раненых в госпитале. Рассказал и о погибших в войну брате и невестке Одли и о племяннике, служившем на подводной лодке, при участии которого было пущено ко дну не одно немецкое судно. Потом, подумав, он убрал абзац про родственников: лишнее. Дальше он рассказал об удивительном открытии Одли. В красках описал перспективы (создание лекарства от разврата). Выпускать вирус наружу Одли, конечно же, не собирался. Но тут..
Фарбер задумался. История про изнасилованную девочку, конечно же, растрогала бы читателей, но подставлять Кэт было недопустимо. Фарбер подумал и выбрал формулировку «личная драма». Да, будут приставать и допытываться. Ну, тут ничего не поделаешь. И вот, в состоянии аффекта (что, несомненно, является смягчающим обстоятельством) Одли выпускает мышей. «Да, леди и джентльмены, это, конечно, ужасный поступок. И автор понимает ваш гнев. Конечно же, множеству из вас хочется добраться до этого Одли и растерзать его. Ну, или, хотя бы, засадить в тюрьму на долгие годы. Но вот какая закавыка: Одли занимается вирусом где-то полтора года. И никто другой не знает вирус так, как он. Нет, конечно, нет сомнений, что другие учёные смогут разобраться во всём и сами, но им придётся начинать практически с начала… Ну, не совсем с начала, уже несколько месяцев вирус изучают, но всё равно никто не знает о нём столько, сколько профессор Одли. Другие учёные, без помощи Одли, вероятно, смогут обойтись, но уйдёт драгоценное время. А все мы, как я понимаю, хотим, чтобы средство от вируса было найдено как можно быстрее. Или я неправ? Так давайте мы решим, чего же мы хотим больше: покарать виноватого или найти средство от проклятого вируса?» Так он закончил свою статью.
В понедельник, 28 ноября 1955 года статья была опубликована в газете, для которой писал Фарбер. Сказать, что это была сенсация, всё равно, что ничего не сказать. Пресса взорвалась. К вечеру статья была перепечатана во всех вечерних газетах мира, а на утро следующего дня, во всех утренних. Некоторые утренние газеты не стали дожидаться вечера и в тот же день, 28 ноября напечатали дополнительные внеочередные выпуски. Радио, телевидение захлёбывались. Все только и говорили об Одли и его вирусе.
Журналисты осаждали дом Фарбера и редакцию газеты. И это было Фарберу на руку. Он раздавал интервью направо и налево.
Кроме журналистов Фарберу пришлось пообщаться с полицией. И это тоже входило в его планы. Он заявил, что Одли по его совету отправился в Лондон. Где именно в Лондоне он находится, Фарбер не знает, но это и не важно, потому что Одли намерен сам прийти в полицию. Но прежде он должен получить гарантии личной безопасности.
– Подумайте, констебль, – говорил Фарбер, – если бы Одли хотел сбежать, он был бы уже где-нибудь в Южной Америке. Но он в Англии. Не стоит его разыскивать. Он сам придёт.
Ещё Фарбер подключил свои связи. А связи были обширные. Он был знаком с несколькими депутатами обеих палат, даже с министром здравоохранения Ианом Маклеодом и канцлером казначейства бароном Рэдом Батлером, а также со многими политиками, военными, бизнесменами и другими влиятельными людьми.
Фокинс тоже помог. На удивление, он легко и быстро изъявил готовность, задействовать свои связи в церковной среде.
Одли в Лондоне, конечно же, тоже следил за прессой и видел бум, который поднялся вокруг его имени. Видел свою фотографию в газетах. Боялся быть узнанным. На улице и в ресторанах до него долетали обрывки разговоров, в которых он слышал свою фамилию. Особенно, Одли боялся, что его опознает персонал гостиницы, где он, конечно же, показывал свои документы. Но всё обошлось. Вероятно, у работницы гостиницы сразу же вылетела из головы фамилия постояльца.
30 ноября вечером Одли очередной раз позвонил Фарберу из телефонной будки. После обмена приветствиями и вопросов о самочувствии, Фарбер сказал:
– Я всё устроил, мистер Одли. Пора. Завтра отоспитесь, хорошо, плотно позавтракайте и приходите в полицейский участок по адресу Вуд стрит 37. Только туда. Там Вас будут ждать.
1 декабря 1955 года в 11:30 в полицейский участок вошёл высокий пожилой джентльмен:
– Здравствуйте, – сказал он, – я – Томас Одли.

13
2 декабря в пятницу в Вестминстерском дворце прошли экстренные внеочередные заседания обеих палат парламента. Как и положено, сначала заседала палата общин, а потом – палата лордов. Решался вопрос: что делать с Одли. С одной стороны, по закону, он должен сесть в тюрьму на длительный срок, но с другой стороны, без его помощи, одолеть вирус будет значительно труднее. Одни ораторы возмущались поступком Одли и требовали, чтобы восторжествовал закон. Другие считали, что победа над вирусом важнее. Споры были жаркими. За то, чтобы Одли не сел в тюрьму и продолжил работать выступил, например, министр обороны Селвин Ллойд. Но особенно впечатлило выступление бывшего премьера, сэра Уинстона Черчилля. Начал он с гневной филиппики против Одли. Казалось, всей своей огромной тушей он обрушится на бедного профессора и раздавит го в лепёшку. Но конец речи был неожиданным для всех, кроме самого Черчилля, разумеется:
– Про самые страшные преступления говорят, что искупить их можно только кровью. Преступление, совершённое Одли настолько ужасно, что его нельзя искупить даже кровью. Его можно искупить только трудом. Тяжёлым трудом. Зачем нам кровь Одли? Разве она поможет нам справиться с вирусом? Нет, пусть он идёт в свою лабораторию и не возвращается до тех пор, пока вирус не будет побеждён.
Действующий премьер, Энтони Иден тоже поддержал эту точку зрения.
Палата лордов пришла к тому же решению.

Но в Англии, как и положено в демократической стране существовало разделение властей. Парламент не может подменить собой суд. Выход из этого юридического тупика найден был легко. Был принят закон, согласно которому в случае особой государственной необходимости, тюремное заключение преступнику может быть заменено домашним арестом. Разумеется, при условии, что он не представляет угрозы для окружающих. А, поскольку законы, смягчающие наказание, имеют обратную силу, то в решении суда можно было не сомневаться. Королева этот закон подписала.
Суд состоялся 12 декабря и, как все предполагали, тюремное заключение было заменено домашним арестом. В прочем, Одли выпустили из участка в тот же день, когда проходило заседание парламента. Не совсем выпустили, конечно, а отправили под домашний арест, в порядке пресечения, посчитав, что он не представляет опасности для общества и не попытается скрыться, а суд только подтвердил решение полиции.
А теперь – более подробно о том, как решили поступить с Одли:
1. Домашний арест. Ну, об этом я уже писал.
2. Усиленная охрана. Не так для того, чтобы не сбежал, как ради его личной безопасности.
3. Из дома Одли может, и даже обязан, ездить в свою лабораторию, а также по другим делам, связанным с его научной деятельностью.
4. Одли разрешается также (но не чаще чем 3 раза в неделю и под охраной) посещать церковь, ближайших родственников, лично мистера Фарбера. В остальных случаях, нужно брать особое разрешение.
5. Ближайшим родственникам и мистеру Фарберу также разрешить посещать Одли. Фарберу – в любое время.
6. Обеспечить Одли возможность отдыха на курортах Великобритании, но, разумеется, под охраной.
7. Выделить дополнительный бюджет на работу по поиску средства от вируса.
8. Штат лаборатории расширить. В помощь Одли выделить 20 сотрудников: учёных и лаборантов. Если понадобится, и больше.
9. Расширить лабораторию. В ближайшие месяцы, если потребуется, найти для неё новое здание.
10. По возможности оказывать работе Одли любое необходимое содействие.
11. Проблемой вируса уже начала заниматься другая лаборатория в Лондоне под руководством профессора Бортвика. Пусть трудятся обе лаборатории. Между ними наладить координацию работы.
12. Выделить время для общения Одли с прессой, но ограничить его, чтобы не отвлекать Одли от основной работы.
Быть пресс-секретарём Одли вызвался сам мистер Фарбер.

Одли вернулся к работе. В помощь ему выделили 20 сотрудников: учёных и лаборантов. Больше ему не приходилось самому кормить животных и мыть пробирки. Любое оборудование, любые материалы доставлялись ему тут же. Держать работу в секрете ему больше не приходилось. Наоборот, с него постоянно требовали отчёт о проделанной работе.
Каждое утро, ровно в 7:45 к его дому подъезжал бронированный автомобиль. Вечером тот же автомобиль отвозил Одли домой. За продуктами ходить ему тоже не приходилось. Их ему доставляли на дом. Возле дома постоянно дежурил наряд полиции и, кроме того, по улице прогуливались сотрудники в штатском.
Между Бристольской и Лондонской лабораториями был налажен самый тесный контакт.
Параллельно велась работа в других научных учреждениях мира: в США, СССР, в Западной Европе, в Японии. Конечно же, признание Одли значительно облегчили задачу всем. Теперь, хотя бы, всем было понятно, что это за вирус в принципе. Вот оно, значит, что: делает импотентами тех, кто не влюблён!
Однако успехи и у лаборатории Одли и у остальных были весьма скромными.
Прежде всего, большинство лабораторий, не сговариваясь, опробовали то, что лежало на поверхности: давать больным окситоцин. Однако, как Одли и предупреждал, это помогало мало. У мышей способность к половому акту повышалась всего на 2-5% (в разных лабораториях). Вероятно, механизм возникновения любви гораздо сложнее и к одному только окситоцину не сводится.
Тогда стали придумывать различные «коктели», сочетая окситоцин с другими веществами. Тут успех был чуть выше: 7-10%. Всё равно мало. И это у мышей. У людей показатели были на порядок ниже.
Ещё хуже обстояли дела с поиском средства, убивающего, или, как правильнее говорить, деактивирующего вирус. То есть веществ таких было немало, но, ведь, задача не просто уничтожить вирус, а уничтожить его в организме, при этом, чтобы организм остался жив. Нашли коктейль, снижающий количество вируса в крови аж на 30%, но 70% оставались целёхоньки и не позволяли пациенту достичь даже самой хилой эрекции. И больше в этом направлении не продвинулись ни на йоту.
Ещё один путь: искусственное оплодотворение. Эксперименты по глубокой заморозке спермы велись и велись успешно. Уже встал вопрос о создании банков спермы. Вероятно, если бы Одли выпустил своих мышей лет на десять позже, Человечество было бы лучше подготовлено к проблеме. Но большие банки спермы создать не успели, а в лабораториях было накоплено спермы совсем немного: только для экспериментов. И куда раньше?
Казалось бы, какая проблема, набрать спермы, заморозить и использовать. Но возникло неожиданное затруднение: извлекать сперму стало труднее. Мастурбация стала практически невозможна. Чтобы член просто встал, нужно было влагалище любимой женщины или, в случае с быком, любимой коровы. И это ещё не самое страшное. У невлюблённых мужчин сперма, через какое-то время, просто переставала вырабатываться. Прав был Одли, когда говорил Фарберу, что последствия распространения вируса непредсказуемы! Опять таки, знали бы раньше, накачали бы, пока всё ещё работала. Ну, как говорится, знал бы где упадёшь, подстелил бы соломки.
И, в основном, в лабораториях хранили сперму животных: тех же быков, баранов, жеребцов и её было совсем мало. Человеческой же спермы было совсем ничтожное количество.
Ещё один радикальный метод: извлечение спермы хирургическим путём. Но, см. выше, спермы было мало и внутри яичек тоже. Да, у женщин (и самок) яйцеклетки тоже без любовного стимула перестали созревать.
Да, с проблемой вагинизма справиться оказалось проще: укол – и мышцы расслабились. Но толку от этого было немного, по причинам описанным выше.
Про альтернативную медицину не пишу. Случаи, когда бы прикладывание камней, поедание сахарных шариков или питьё мочи помогали забеременеть были зафиксированы… но только самими представителями альтернативной медицины. Официальных подтверждений этому нет. То же можно сказать про религию.
Что же касается животноводства, то самым действенным методом было искать для скотины «любовь». Быков (хряков, баранов, жеребцов) сажали в скотовозки и возили по дворам (фермам, колхозам, совхозам, кибуцам), знакомить с коровами (свиньями, овцами, кобылами). Иногда из этого что-то получалось. Чаще – нет. Привезут какого-нибудь свинтуса в свинарник, пустят к хрюшкам, а он походит среди них, равнодушно посмотрит, покрутит брезгливо пятачком и завалится на бок, отдыхать. Цены на говядину, баранину, свинину и мясо других млекопитающих взлетели до небес. Крохотный кусочек мяса стоил дороже икры или трюфелей. Ну, с мясом – ладно. Осталось мясо птицы, рыба. Хуже было с молоком. Ни куры, ни рыбы, как известно, не доятся. Ну, что делать? Постепенно перешли на соевое. А также кокосовое, миндальное, рисовое или овсяное.

А что сами люди? Как они реагировали? С одной стороны, обрадовались. Хотя бы понятно, в чём проблема и как её решать. Ну, всего-навсего, свести влюблённых и делов!... «И делов»… Не так всё просто.
Многие пары были немало удивлены: «Так что выходит, у нас – не любовь?! А что же тогда? И, если у нас не любовь, то что же тогда – любовь?» Ну, не странно ли? И отношения распрекрасные и секс обалденный (БЫЛ!) и нежность и взаимовыручка и скучали в разлуке. А вот, оказывается, не любовь.
Учёные кинулись изучать любовь: её устройство, механизм возникновения и т.д. Кажется, впервые в истории высоколобые мужи занялись таким «несерьезным» вопросом. В прочем, про учёных мы писали выше.
Некоторые семьи распались сразу. Другие держались: в силу привычки, по экономическим причинам, по бытовым, ради детей, «а что скажут соседи?», ну, и, конечно, из дружбы. Бывает: вроде любви нет, но дружба замечательная. И привыкли друг к другу. Зачем разбегаться? Кроме того, люди ждали: а вдруг найдут средство? Тем более, что сенсационные сообщения в газетах типа «Японские учёные близки к успеху! Вирус Фламана-Одли скоро будет побеждён» Но проходило время и о сенсации забывали. А через неделю, две, три, появлялось новое сообщение: «Норвежский микробилог Густавсен нашёл средство от импотенции Фламана-Одли». Нужно ли говорить, что появилось множество шарлатанов, продававших доверчивым обывателям «уникальные, чудодейственные средства»?
Да, вскоре, с лёгкой руки какого-то журналиста длинное название «импотенция Фламана-Одли» сократили до «Фламо». Через некоторое время, это название болезни было закреплено и официально. Одли мог бы обидеться: он первым открыл вирус, а в названии болезни от его фамилии оставили всего одну букву, в то время, как от фамилии Фламана целых четыре, но Одли, честное слово, было не до мелочных обид.
Многие кинулись искать своих давних возлюбленных. Газеты запестрили объявлениями:
«Ричард Болл, разыскивает одноклассницу Джейн Смит», «Мари, отдыхавшая в сентябре 1951 в «Бреденс-парк отеле» в Баден-Бадене. Тебя ищет Роберто. Я тебя люблю!...», «Ищу молодого человека, который в 1950-52 по утрам иногда ехал на автобусе 12 маршрута. Высокого роста. На вид лет 27. Всегда с чёрным портфелем…» «Медсестра Лена, работавшая в эвакогоспитале №4473 (институт курортологии) Сочи. Я Алексей Марков, лечился у вас в ноябре 1941. Множественные осколочные ранения ног. Тогда я был старшим сержантом. Отзовись!...»
Иногда возлюбленные находились. И иногда (далеко не всегда) соглашались встретиться. И тогда люди садились в автомобили, поезда, самолёты и мчались навстречу своей любви. По телевидению каждый день рассказывали о воссоединении любящих сердец.
Но это не спасало. Положение всё ухудшалось. Рождаемость катастрофически падала. Так, только в США, если в 1953 году родилось 3 965 тыс. человек, а в 1954 – 4 076 тыс. человек (рост), то в 1955 – 3 247 тыс. человек, в 1956 – 785 тыс. человек, в 1957 – 189 тыс. человек, а в 1958 всего 59 тыс. человек.
Правительство, да и народы тоже, были в панике.
Тогда, в 50-е, кроме статьи Фарбера ещё две статьи вызвали огромный общественный резонанс и повлияли на общество в целом и на мировую политику. Это статья журналиста Карло Гвидиче (Турин) и учителя биологии из Киева Михаила Нисенбаума.
Статьи эти настолько важны, что каждая заслуживает отдельной главы.

16
Гвидиче К.
Как Человечеству выжить?

Думаю, все знают, как произошло то, что произошло. Вирусолог мистер Одли, человек добрый, верующий, высоконравственный и т.д. открыл вирус, который делает возможным сексуальный акт только между влюблёнными. Идея выпустить вирус из лаборатории и заразить им всё Человечество у него появилась сразу. Но Одли (если верить мистеру Фарберу) долго боролся с соблазном. Но однажды в жизни Одли произошла некая драма (о которой Фарбер не желает распространяться) и в состоянии аффекта Одли выпустил заражённых мышей на волю. Эту историю знаем мы все.
Но вот давайте подумаем, почему же мы, оказались в таком плачевном положении. Мы все. Всё Человечество?
Одли о чём мечтал? Секс будет только по любви. Люди разбредутся по парам. Создадут счастливые, крепкие семьи. Измена, как таковая станет невозможной. Всё тихо, благопристойно. Вам бы хотелось жить в таком мире? Лично мне, нет. Лично мне было бы скучно. Но пришлось бы. Если бы всё пошло так, как мечтал Одли. Но не пошло. Казалось бы, всё просто. Вот каждый найдёт свою любовь, и будут они жить долго и счастливо, детей воспитывать. Достаточно только найти свою любовь. Но вот люди ищут любовь и часто находят. И большинство остаётся одинокими. Рождаемость падает. Почему? Чего именно Одли не учёл?
С детства нам внушается очень простая модель семейного поведения. Живёт себе, допустим мальчик. Растёт. Взрослеет. Становится юношей. И однажды он встречает ту, Единственную в которую он без памяти влюбляется. Она, конечно же, влюбляется в него тоже. И вот у них – свадьба. А потом – семейная жизнь в любви и согласии, пока смерть не разлучит их. У них от этой любви рождаются дети. И всё повторяется. Нет, конечно, бывают и сбои: несчастная любовь или секс без любви. Причём, сбои бывают нередко. Но всё это – досадные исключения. А в целом всё происходит по вышеописанной схеме. И именно эти «досадные исключения» и хотел устранить Одли. Чтобы уж всё было по правилам. А вот, как мы все убедились, не вышло. А, знаете, почему? Потому что схема эта неверна. Потому что жить по этой схеме не могут ни люди, ни животные, в чём мы сейчас, к сожалению, убедились. Да-да, синьоры. Всё, чему нас учили с детства, оказалось миражом. Нет, не подумайте, я ни в коем случае не отрицаю любовь. Она существует и, опять-таки, в этом мы все убедились, даже те, кто в неё не верил. Но схема «Влюбился – женился – завёл детей» не работает, и я могу это доказать.
Возьмём простой пример. В классе 20 мальчиков и 20 девочек. Каждый мальчик влюблён в одноклассницу. Каждая девочка – в одноклассника. Допустим, Джузеппе влюблён в Орнеллу. Какова вероятность, что и Орнелла влюблена в Джузеппе? 1/20, верно? То есть у бедного Джузеппе всего 1 шанс из 20 на взаимность. Как и у всех его одноклассников и одноклассниц. А, ведь, мир – это не класс. Орнелла может выть влюблена в мальчика из параллельного класса или в мальчика классом старше или младше или в соседа, который учится в другой школе. Таким образом, шансы любого из нас на взаимность исчезающее малы. Доли процента. Правда, стоит оговориться, что влюбиться человек может и не один раз. Ну, допустим, 5. Ну, даже 10. Всё равно, вероятность, что женщина, которую ты полюбил, ответит взаимностью, ничтожно мала. Это математика. Не вижу оснований думать, что будет по-другому. Да, бывают счастливчики, у которых всё совпадает и они вступают в брак по огромной взаимной любви. Но бывает, что люди выигрывают огромные деньги в лотерее. Что с того? Никто же не скажет, что население Земли живёт, в основном, за счёт доходов от выигрышей в лотереях?
А вот теперь возьмём литературу, от классики до бульварного чтива (исключим порнографию), возьмём фильмы и посмотрим, какой там процент взаимной любви? Думаю, процентов 60, не меньше. Остальное – те самые треугольники, без которых беллетристика стала бы пресной. И тут не только в процентах дело. Если у произведения «happy end», то он именно таков: главные герои, наконец, воссоединяются, те, кто им мешал – злобно скрежещут зубами или раскаиваются или мертвы. И – свадебный перезвон! Бывает и так, что третья вершина треугольника, не мерзавец, а человек вполне симпатичный. В этом случае часто в конце он получает от автора утешительный приз: новую любовь. И все радуются. И все счастливы.
Но так бывает в книгах и в кино. В жизни, как уже писалось выше, взаимная любовь тоже бывает, но исключительно редко.

Джузеппе любит Орнеллу, но та любит Карло, который, в свою очередь влюблён в Патрицию, которая сходит с ума по Джулио, который по уши втрескался в Франческу, а та любит только Джузеппе. И как же решается эта проблема? Что же, все они останутся одиноки? Нет, конечно. Большинство из них женятся и выйдут замуж, но без всякой любви. И в этом нет ничего ужасного. Это нормально. Да, хорошо, когда двое любят друг друга. Взаимная любовь бывает, но это, как я уже писал большая редкость. Если бы женились только по любви, женатым был бы ничтожный процент населения планеты. Если бы дети рождались только от любви, мы бы давно вымерли. Рано или поздно, человек понимает, что вступить в брак по любви для него нереально и ищет того, кто ему больше всего подойдёт по другим параметрам. Или не понимает и остаётся одинок. «Брак по расчёту? Какая гадость!» Гадость ли? Ну, смотря, по какому расчёту. В книгах и фильмах распространённый сюжет: у девушки два жениха: один любимый, но бедный, другой богатый, но не любимый. И кому отдать руку и сердце? В жизни такая дилемма стоит крайне редко. В жизни, девушка может безумно влюбиться в небогатого парня. Возможно, она и рада пойти с ним на край света, жить в хижине или в мансарде, тяжело работать, лишь бы любимый был рядом. Проблема не в его финансовом положении. Проблема в том, что он её не любит. И ей приходится выбирать из нелюбимых. И тут, кстати, возможна похожая дилемма: один богатый, а другой – симпатичный, внимательный, нежный, хороший друг. Притом, что ни в одного из них она не влюблена.
Да, конечно ещё бывает так, что один из супругов любит, а второй нет. Односторонняя любовь. Но чаще, не любят оба.
Получается, книги и кино нас дезориентируют. Да, это очень печально, когда кто-то отказывается от радостей семейной жизни, от телесных удовольствий потому, что не может соединить жизнь с любимым человеком, а секс и брак с кем-то другим считает чем-то ужасным и постыдным, недопустимым. Эти люди – жертвы мифа, но, в конце концов, это их личная жизнь. Гораздо хуже, что в миф верил Одли, образованный человек, даже профессор. И в результате жертвами стали мы все.
Никогда ещё Человечество не было так близко к исчезновению. Две мировые войны и ядерная угроза, оказались менее опасны, чем вирус Фламана-Одли. И, выходит, что всё это произошло из-за того, что население дезориентировано. Думаю, всем знакома так называемая «теория половинок». Дескать, у каждого человека есть своя половинка, которая ходит где-то. И вот задача – эту половинку найти, воссоединиться с ней и тогда всё будет просто великолепно. Так вот, эта теория одна из самых вредных. А если судить по результатам, то, наверное, самая вредная. Одли, видно, тоже думал, что у каждой мыши и у каждого человека есть своя половинка и нужно только искать её, не отвлекаясь на интимные отношения и браки с чужими половинками. Вот вам и результат.
Для чего, вообще, существует любовь в мире? Вероятно, сама природа нам подсказывает наилучший, с её точки зрения вариант для продолжения рода. «Вот с этой женщиной у тебя получатся самые здоровые дети. Я так считаю?... Что? Она тебя не хочет? Ну, извини, это уже ваши проблемы. Тогда ищи сам»
Итак, давайте снимем розовые очки все, кто их ещё не снял: само не нормализуется. Если учёные в течение ближайших десятилетий не найдут способа победить вирус, Человечество исчезнет. Спасение Человечества – в руках учёных. Но это не значит, что все остальные люди должны сидеть, сложа руки и ждать результатов из лабораторий. Мы, люди, не имеющие отношения к вирусологии, тоже можем и должны делать всё от нас зависящее, чтобы продержаться подольше. Мы не знаем, когда из лабораторий придёт спасение. Может завтра, может, через год, или через пять или через пятьдесят. Важно, чтобы тому моменту (если он наступит) на Земле ещё остались люди и не просто люди, а люди достаточно молодые, чтобы начать плодиться и размножаться и вновь заселить Землю. Мы не можем остановить процесс вымирания Человечества, который уже идёт… Да, идёт! Рождаемость уже в несколько раз ниже смертности. Так вот, остановить процесс мы не можем, но можем и должны постараться затормозить его, насколько это возможно.
И я готов предложить конкретные меры. Не жду, что эти меры дадут большой эффект. Но, помните про последнюю соломинку, которая переломила хребет верблюду? Возможно, именно эту соломину мы и сможем общими усилиями устранить. Допустим, учёные найдут средство от вируса через 70 лет. Если на Земле остались одни старики, то открытие учёных уже ничего не спасёт. Если же осталось хотя бы несколько женщин, способных рожать, то у Человечества есть шанс возродиться.

Итак, что же нужно сделать нам, людям и, прежде всего, правительствам?
1. Оказывать максимальное содействие учёным. Ну, это, похоже, делается и без моего совета.
2. Всячески стимулировать рождаемость. Нет-нет, вы не поняли. У тех, кто из-за вируса оказался неспособен к половому акту, рождаемость не повысится, даже если им платить по миллиарду за каждого ребёнка. Беда в том, что многие из тех, кто может рожать, этого не делают. Предохраняются, даже, делают аборты. Подумайте! В то время как Человечество стоит на грани исчезновения! И язык не повернётся осудить этих людей. Дети – это ответственность. Дети – это хлопоты. Это дефицит свободного времени, а в первые месяцы их жизни, по сути, отказ от него. И, главное, дети – это большие денежные затраты, которые не все могут или хотят себе позволить. Да, в цивилизованных странах государство старается помогать семьям с детьми. Во многих странах платят пособия на детей, дают семьям с детьми (обычно, многодетным) всякие льготы. Но пособия эти покрывают малую часть расходов. А надо сделать так, чтобы рожать и воспитывать детей, было выгодно. Надо увеличить выплаты во много раз. Надо сделать их такими, чтобы родители не только могли содержать ребёнка, но чтобы сами могли не работать. Оба! И квартиру – сразу. Ведь ясно же, если жилищные условия не позволяют, то ребёнка (тем более, второго или третьего) заведут вряд ли, какой бы сильной не была любовь. Благо, противозачаточные средства всегда под рукой. Если, допустим, студенты не могут завести ребёнка, чтобы не мешал учёбе – дать няньку им за счёт государства! Cразу возникает естественный вопрос: где на это взять деньги? Наверное, это будет очень дорого? Во-первых, не дорого. При нынешнем уровне рождаемости, совсем не дорого. Мало детей рождается, и с каждым годом всё меньше. А во-вторых, опять таки, в связи со снижением рождаемости, затраты на все программы, связанные с детством упали в разы и упадут ещё больше. Нужно меньше пособий на детей, меньше затраты на родильные отделения в больницах, на дошкольные учреждения. А скоро и на школы тратиться придётся меньше. Высвобождаются огромные деньги, которые и должны пойти на стимуляцию рождаемости. Понимаю, велик соблазн потратить их на что-то другое, скажем, на ремонт дорог? Но что может быть важнее, чем спасение Человечества? Если люди вымрут, кому будут нужны эти дороги? Кто по ним будет ходить? Нужно сделать так, чтобы возможность родить ребёнка воспринималась, как возможность обеспечить и себя и его. Словосочетание «нежелательная беременность» должно стать таким же оксюмороном как «нежелательное богатство»
3. Поддержка приёмных семей. Если, при всём при том, женщина не желает воспитывать ребёнка, пусть, хотя бы, рожает и отдаёт в приёмную семью. Это тоже нужно материально стимулировать. И саму женщину и приёмных родителей.
4. Содействие влюблённым. Всесторонняя помощь и содействие со стороны государства и со стороны граждан тоже. Если двое любят друг друга – море должно расступиться и горы подвинуться. Например, влюблённый юноша беден и у него нет средств даже на свадьбу и на подарок невесте. А в некоторых странах существует обычай выкупа невесты. Вот пусть эту заботу возьмёт на себя государство. В сочетании с тем, о чём я писал в п.2, это решит проблему. Сложнее решить проблему со всякими предрассудками: расовыми, кастовыми и т.п. Ну, вот пусть правительства и займутся этим! Всё, что стоит на пути у влюблённых, должно быть с их пути снесено.
5. Снижение или даже отмена минимального возраста для вступления в половые отношения и в брак. До появления вируса эти ограничения были необходимы. Во-первых, чтобы уберечь малолетних от совращения педофилами. Во-вторых - чтобы оберечь несмышлёнышей от самих себя. А то наделают глупостей… В-третьих, чтобы помешать некоторым родителям устраивать браки по сговору. Наконец, раннее начало половой жизни и ранний брак помешают обучению в школе, профессиональному обучению и дальнейшей карьере. Теперь всё эти проблемы исчезли. Секс возможен только по любви и не должно быть причин препятствовать этому сексу, который почти со 100%-й уверенностью приведёт к браку (см. п. 2. и 4.). А чем раньше начнётся половая жизнь, тем выше шанс, что мы не исчезнем. Да пусть женятся школьники! Ничего страшного. Государство выделит им и няню опытную и часы дополнительных занятий.
6. Ускорить и упростить процесс вступления в брак. Если люди хотят пожениться – не тянуть. Чем быстрее станут мужем и женой, тем лучше. Досадно, если они поссорятся и передумают.
7. Помочь людям знакомиться. Ну, например, устраивать совместные вечера для студентов разных вузов. А вдруг там возникнет любовь? И, опять-таки, государство должно это всё субсидировать.
8. Хорошо бы как-нибудь вызволить из монастырей молодых монахов и монашек. Спасение Человечества важнее. Недопустимо чтобы этот ресурс пропадал. Опять-таки, нужен экономический стимул.
9. Солдаты. Они, бывает, месяцами без секса. Давать им отпуска домой почаще. Водить их в женские коллективы, например, на швейные фабрики (см. п. 7). Да, тех, кто способен на секс (то есть, влюблённых), вообще, освобождать от воинской службы. Уверяю, армия не пострадает: влюблённых слишком мало. Ну, а если кто-то сам хочет служить, организовать ему отдельную комнату в казарме, где бы он мог жить со своей возлюбленной.
10. Пункт, который, вероятно, вызовет самое большое отторжение. Реабилитация, декриминализация и популяризация секса. Столетиями всё, что связано с сексом, было табуировано. В приличном обществе даже намёком о сексе говорить было не принято. Под запретом была нагота. Исключения делались для полотен художников и скульптур. Хотя, дай волю ханжам, они бы замазали Рубенса и Боттичелли, надели бы трусы и бюстгальтер на Венеру Милосскую. Особенно же берегли от секса и любых разговоров о нём детей. Не дай бог, мальчик узнает, как выглядит обнажённая женщина, девочка – как выглядит обнажённый мужчина и оба они – как делают детей! Сколько было придумано мифов о том, откуда дети берутся! И, ведь, глупость несусветная! Дети всё равно узнавали о сексе. Но не от родителей и педагогов, а в лучшем случае, от сверстников, в худшем – от сомнительных личностей на улице. А поскольку родители и педагоги о сексе стыдливо молчат, от сексуальной неграмотности подростков происходили многие беды. Но теперь-то бояться нечего! Изнасилование стало физически невозможным. Венерические заболевания сходят на, нет и скоро станут совсем редки. А «разврат»… Какой же это разврат? Секс по обоюдному согласию двух любящих друг друга людей, который (см. предыдущие пункты), почти наверняка приведёт к браку. Или, даже, наоборот, сначала брак, потом – секс. Как-то считается, что сексуальность общества надо сдерживать. Если раньше это имело какой-то смысл (хотя, лично я так не считаю), то теперь это просто опасно. По отношению к сексу мы ведём себя как неблагодарные свиньи. Вспомним, что мы все живём на свете только благодаря сексу. Но многие считают его чем-то низким и грязным, достойным только скабрезных шуточек. Так вот, нам нужно развернуть отношение к сексу на 180°. Пусть дети растут в сознании, что секс – это прекрасно. Пусть не боятся задавать взрослым вопросы, рассказывать о своих мыслях, желаниях. Нудизм остаётся увлечением немногих, а во многих странах он преследуется. А должен всячески поддерживаться государством. А вдруг именно на нудистском пляже кто-то кого-то захочет? Я бы разрешил обнажение и в общественных местах. И даже секс в общественных местах. Каждый половой акт – лишний шанс, что мы не вымрем. И если он не случился от того, что помешали штаны и взгляды окружающих, то это и может стать той самой соломиной. Что? Кому-то неприятно видеть голых и сношающихся людей? Пусть отвернётся. Что важнее, чьё-то неудобство или спасение Человечества?
11. Зачастую людям заняться сексом просто негде. Давайте вспомним нашу молодость? Мало у кого из нас были суперлиберальные родители. Большинство из нас и подумать не могли, привести домой понравившуюся девочку или понравившегося мальчика. А на гостиницу у молодых денег, обычно, нет. Улучить момент, когда родителей нет дома, не всегда получается. Грязные чердаки, подвалы, заброшенные здания… Помните? А потом мы выросли, у нас самих дети появились и всё повторяется. Почему так? Не правильнее было бы сказать: «Сынок (дочка), приводи-ка ты подружку (дружка) сюда. Познакомь с нами. Мама вкусный обед приготовит. А потом мы постелем вам и уйдём в другую комнату, чтобы не мешать»? Тем более теперь, когда секс возможен только по любви! Да, читал, что в Советском Союзе даже если есть деньги на номер в гостинице, просто взять ключ, пройти в номер и заняться сексом не получится, если вы не супруги. Вас просто не пустят без документов, в которых указано, что вы муж и жена.
12. Ну и, конечно, борьба за мир. Нам ещё только войн не хватало сейчас! Любая война, даже самая маленькая, может стать для Человечества роковой.
Вот такие мои предложения. Уверен, что многим меры покажутся слишком радикальными. Но если мы хотим выжить, нам надо отринуть условности, предрассудки, ханжество и всё подчинить главной цели – выживанию.
При этом, вынужден напомнить, что даже если все эти меры будут приняты, выживание нам не гарантировано. Но принятие этих мер повысит наши шансы.
Итак, что выбираете, люди, приличия или жизнь?

Михаил Нисенбаум
Теория любви

А не задумывались ли вы, почему мы в любви ПРИЗНАЁМСЯ? Ведь признаются люди, обычно, в каких-то неблаговидных поступках. Но любовь, ведь о неё говорят с пиитетом, с придыханием. «Ах! Это прекрасное, светлое чувство!» Сколько песен о ней сложено! Но почему же, именно это слово «признаваться»? Может быть, это просто фигура речи? Отнюдь. В большинстве случаев, человеку очень трудно произнести «Я тебя люблю!». Причём, именно тогда, когда человек, действительно, испытывает это чувство. «Дон Жуан» как раз легко говорит эти слова каждой новой женщине. Так отчего же сказать «люблю» так трудно? Отчего люди краснея и бледнея мямлят о своей любви, а некоторые так и не решаются сказать о ней? Отчего бы не объявить громко и весело в присутствии друзей и знакомых?
Причина гораздо глубже, чем можно подумать.
Как вы думаете, что является главным критерием любви? По какому признаку природа подбирает нам идеального (с её точки зрения) партнёра? Красота, ум, здоровье, сила, душевные качества? Всё это важно, но не это главное. Влюбляются и в злобных, тупых уродов, в ничтожеств. Тогда, что?
Все мы, и животные, и люди, чего греха таить, ленивы и, как правило, Не всегда, конечно. Среди нас есть и спортсмены, и альпинисты, и просто трудолюбивые люди. Но чаше всего, мы предпочитаем выбирать варианты, при которых затраты энергии наименьшие. Возьмите два примерно одинаковых куска мяса. Положите один из них под носом у собаки, а другой – в отдалении. Какой кусок собака будет есть первым? Корова сначала съест траву, которая рядом и только потом пойдёт по лугу дальше. Обезьяна сорвёт плод, который висит ближе всего. При прочих равных, разумеется: если плод на дальней ветке не покажется ей более аппетитным. По этому принципу, казалось бы, следовало бы и полового партнёра себе выбирать. Но тогда… тогда бы в партнёры брали себе ближайших родственников: родителей, детей, братьев, сестёр. Ведь это наименее энергозатратный вариант. Зачем искать самку где-то, когда она вон, под боком. К тому же хорошо знакомая, не прогонит. Ведь у животных нет законов о семье и браке. Волку или слону не объяснишь: «Это твоя мать! С ней нельзя!» Известно, что от половых контактов между близкими родственниками часто рождается больное, нижезнеспособное потомство. И если такие контакты в популяции часты, идёт вырождение популяции. Но животный мир до сих про не выродился. Почему? Значит, существует какой-то механизм, который заставляет не останавливать свой выбор на самочке, которая поближе, а искать другую, добиваться у неё расположения. Инстинкт? Да, инстинкт. Но какой? И как он работает?
Вероятно, это действует так: особь противоположного пола, которую животное давно и хорошо знает, ему неинтересна с сексуальной точки зрения. Как играть в слишком простую игру. Интересна особь, которую нужно искать, которую нужно добиваться. Вот зачем у многих животных брачные турниры? Зачем олени дерутся? Почему они не могут спокойно поделить ланей? Ведь всем бы хватило. А вот в том-то и дело, что лань, за которую не нужно драться, уже не интересна. Так природа борется с близкородственными половыми контактами. И именно этот инстинкт у людей преобразуется в любовь. Кто-то возразит: «Но ведь животные не столь редко вступают в такие контакты». Да, не столь редко. И у людей такое случается. Но, ведь, и секс без любви – не редкость. Природа не запрещает близкородственные контакты, она просто уменьшает их частоту до приемлемого уровня. До уровня, при котором популяция не выродится. Конечно же, если барана и овцу из одного помёта запереть в одном загоне и не давать им контактировать с другими баранами и овцами, вероятно, рано или поздно они совокупятся. Но если выбор есть, баран, скорее всего, выберет овечку «чужую».
То есть важнейшим критерием является ОТНОСИТЕЛЬНАЯ недоступность объекта. Самку (самца) надо искать, завоёвывать. Иначе неинтересно. Именно, относительная. Если объект абсолютно недоступен, добиваться его нет смысла, а, значит, с точки зрения природы, такое увлечение бессмысленно. Короче любви надо ДОБИВАТЬСЯ. Если добиваться не надо, то и любви не будет. Любовь без препятствий не бывает.
Однажды я случайно подслушал разговор двух женщин. Обсуждали каких-то общих знакомых.
– … Они росли вместе. С детства дружат. И родители просто счастливы были, чтобы они поженились. А они не хотят. Оба. «Почему?», «Мама, мы же друг друга без штанов видели!»
Понятно? Юноше неинтересна с сексуальной точки зрения девушка, с которой он вместе рос, с которой они в детстве на соседних горшках сидели, которую он видел без штанов. Ему интересно снять штаны с другой девушки. Эта – чудесная подруга. С ней можно гулять по улицам, обедать, делиться секретами, смеяться, плакать. Но лечь с ней в постель, тем более, соединяться узами брака, не хочется. Точно также девушка хотела бы выйти замуж за кого-то другого, кого она без штанов ещё не видела.
Разумеется, у людей всё это гораздо сложнее, чем у животных. Если для животных трудностями являются только расстояния и необходимость бороться с соперниками, то у людей трудностей гораздо больше, и носят они, в основном, социальный характер. Разница в социальном положении, например. Поэтому в литературе (и в жизни) столько примеров любви между барином и крепостной, дворянкой и простолюдином, между представителями враждующих народов, или семей, как в «Ромео и Джульетте». Вот уж где препятствия так препятствия! А, вероятно, если бы Монтекки и Капулетти дружили, если бы Ромео и Джульетта были сосватаны родителями, глядишь, любовь бы и не возникла и вполне возможно, Ромео и Джульетта всеми силами отбрыкивались от этого брака и каждый из них полюбил бы кого-то другого.
Между прочим, соперничество бывает не только у животных. У людей его тоже никто не отменял. В художественной литературе таких сюжетов полно, а в жизни ещё больше. Сколько мужчин дралось ради расположения женщины на рыцарских турнирах, на дуэлях или же просто кулаками! Сколько женщин травило соперниц ядами или таскало их за волосы!
Анекдот есть. Приходит муж домой. Его встречает жена. Красивая, нарядная. На столе – борщ, стопка водки. Муж довольный. Разулыбался:
– Эх, Валька! Была бы ты чужая жена, цены бы тебе не было!
В чужих жен, мужей, жён, невест, женихов влюбляются не потому, что они красивее, а именно потому, что они чужие.
Мы всегда влюбляемся в тех, в кого нельзя. И именно поэтому в любви приходится признаваться. И именно поэтому сделать это так трудно.
Да, приходится часто и слышать и читать истории о том, как мальчик и девочка росли вместе, а потом их дружба переросла в любовь. Так не бывает. Дружба в любовь не перерастает никогда. Дружба так и остаётся дружбой. Что? Они потом поженились? Ну, да, конечно. Но при чём тут любовь? Дружба, симпатия, привязанность, наконец, привычка и удобство. А любовью тут и не пахнет.
Сразу встаёт вопрос: так, может быть, и не стоит помогать влюблённым? Может быть, если убрать с их пути все преграды, то никакой любви и не будет? Отвечу: стоит. Все преграды убрать всё равно не получится. Сколько надо – останется. И даже больше. Просто призываю учитывать то, о чём я написал в этой статье.

Некоторые мысли, высказанные Гвидичи высказывались и до него, некоторые были совсем новыми. Но главная его заслуга в том, что он всё изложил кратко, убедительно, чётко обозначил проблему и, главное, сделал конкретные предложения.
Обсуждение статьи началось во всех СМИ Земного шара. Не все приняли статью. Многие полемизировали с ней, многие злились. Но отмахнуться от неё уже было невозможно.
Правительства призадумались. Да, действительно, надо что-то делать. Оставить всё, как есть, это – гибель. И это понимали даже оппоненты и ненавистники Гвидичи… Хотя, нет, встречались и успокоительные статьи, мол, страхи преувеличены, всё рассосётся само. Но статей таких было мало и всерьёз их никто не воспринимал.
3 февраля 1959 года по инициативе Франции была созвана 4 чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН, посвященная вопросам демографии. Удивительная была сессия! Может быть, слово любовь раньше и звучало с высокой трибуны Генеральной Ассамблеи, но никогда ещё оно не звучало так часто. И никогда ещё о любви не говорили столь серьёзно. На сессии были приняты рекомендации государствам по поводу введения программ поддержки любви, семьи и рождаемости. Были выработаны и некоторые правила межгосударственного регулирования. В частности, государства договорились, что в случае возникновения любви между гражданами разных государств, не препятствовать их воссоединению и позволить им самим выбрать страну дальнейшего проживания.
После конференции большинство стран разработали законы о демографии и любви. Как известно, решения Генеральной Ассамблеи носят рекомендательный характер. Законы разнились от страны к стране. Но суть оставалась та же: предложения Гвидичи. Разумеется, не все. Некоторые показались руководителям государств чересчур смелыми и от того неприемлемыми. Особенно в части, касающейся секса.
Практически все страны признали, что надо делать что-то, но некоторые страны разработали чёткие и понятные законы. Другие же ограничились общими словами и расплывчатыми формулировками, которые могли толковаться как угодно и, по сути, ни к чему не обязывали.
С реализацией законов тоже было не так просто.
Проще всего оказалось выделить средства на материальную помощь. Казалось бы, денежный вопрос должен был оказаться самым сложным, а он оказался самым простым. Гвидичи оказался прав: деньги нашлись.
А вот с предрассудками бороться оказалось гораздо сложнее. Как и писал Нисенбаум, люди влюбляются в тех, в кого нельзя. Ну, например, в представителей «не своего круга». Помощь, выделяемая государством беднякам, у которых нет денег на свадьбу, калым или приданное, помогала в большинстве случаев, но далеко не всегда. Допустим, рабочий влюбился в дочку миллиардера. Как они встретились? Ну, скажем, это электрик, пришедший в дом по вызову. И миллионерша ответила ему взаимностью. Ну, и поможет пособие от государства убедить её родных отдать дочь за какого-то там электрика? А если влюблённые принадлежат к разным религиозным концессиям? А национальные и расовые предрассудки? Индус и мусульманка, мусульманин и иудейка, протестант и католичка… Что? Последний случай не так критичен? Это смотря где. Где-нибудь в США или Германии – да, а в Ольстере – ужас. Зато в США остро встала проблема межрасовой любви. То есть расовые проблемы стояли там и раньше, но теперь, когда государство приняло законы о защите влюблённых, некоторые разноцветные влюблённые пары попытались выйти из подполья и создать семьи. А дальше могло произойти всё, что угодно, от косых взглядов, до суда Линча. «Ку-Клус-Клан» распространил заявление, авторы которого призывали любой ценой сохранить чистоту белой расы. «Нас пугают вымиранием Человечества? Мы не боимся. Как-нибудь, даст Бог, выживем. А кому нужно Человечество, в котором не будет белой расы?» Президент Эйзенхауэр отреагировал жёстко. 4 апреля 1955 года в своём выступлении по телевидению он сказал:
– Если господа расисты хотят вымереть, это их законное право, и мы не будем им мешать. Но мы им не позволим тянуть за собой Америку.
Если до сих пор на выходки расистов смотрели сквозь пальцы, то теперь ими занялись серьёзно, хотя… только в той части, которая касалась преследования ими смешанных пар. Так в городе Опелусас, штат Луизиана жили двое влюблённых, чернокожий юноша и белая девушка. Встречались тайком, потому что встречаться открыто было небезопасно для обоих. Они договорились поехать в Батон-Руж, столицу штата. Поехали они порознь: сначала – он, а на следующий день – она. 4 апреля они одновременно явились в управление по делам демографии (новый орган, созданный после сессии ООН) и попросили защитить их от возможного преследования расистов. Вечером того же дня пара была переправлена в Нью-Йорк и поселена там на конспиративной квартире, а ещё через неделю по распоряжению министра демографии им за счёт бюджета была куплена квартира в Нью-Йорке. Квартира была уже обставлена мебелью. Эйзенхауэр лично, под вспышки фотокамер, поздравил молодых супругов.
А вот в ЮАР от политики апартеида отказываться не стали. «Что ж, - писали газеты, – значит, ЮАР вымрет раньше других»
Возникали проблемы и с мужьями, которые не хотели отпускать нелюбящих их жён. Казалось бы, ну, зачем удерживать женщину? Она тебя не любит, да и ты её, скорее всего, тоже. Секс невозможен. Отпусти ты её по-хорошему! Но… Репутация. Как это так, от меня, такого великолепного и ушла жена! А вот не отпущу!
В Дейтоне, штат Огайо полицейским даже пришлось штурмовать дом, хозяин которого, не желая отпускать жену, забаррикадировался и стрелял из окна.
Подобный случай произошёл и в Саудовской Аравии. При штурме дома был убит некий шейх, отказавшийся отпускать жену из гарема. Вообще-то в Саудии, как и в большинстве других стран Востока, от рекомендаций ООН, по сути, отмахнулись, хотя формально их и приняли. Никто ничего не делал, кроме того, что произносил речи. И вдруг – такое! В газетах писали, что, судя по всему, шейх этот чем-то не угодил королю Сауду.
Предложение по поводу отмены монашества и целибата во имя спасения Человечества было, конечно же, решительно отвергнуто религиозными лидерами, дескать, да, конечно, мы понимаем, что Человечество нужно спасать, но священники больше принесут пользы на своём месте, молясь за спасение Человечества от вируса. Однако в Польше нашёлся один ксёндз, который высказал несогласие с официальной линией Ватикана. Звали его отец Юзеф, в миру Вацлав Лифляндский. Он заявил, что во время эпидемии во имя спасения Человечества от целибата следует отказаться. Дескать, Гвидичи прав, даже если из-за отмены целибата родится всего 50 детей, возможно, это спасёт мир. Он напомнил, что целибат был принят только в эпоху папы Григория Великого, а на практике осуществляется только с XI в. Что многие великие церковные деятели были женаты и оставили после себя детей. Что женаты были апостол Пётр и апостол Филипп… да сам Христос! И, ведь, речь не идёт о том, чтобы священнослужитель начал жить во грехе. Речь идёт о браке, освященном Церковью. Вероятно, на какой-то стадии целибат был нужен. Но сейчас он просто губителен и его отмена нужна для спасения самой Церкви и Человечества в целом.
Сначала отец Юзеф слал свои письма по инстанции, как и положено, но от него вежливо отмахивались. Потом стал посылать письма, что называется, через голову, вплоть до самого папы. Когда же это не помогло, он обратился к папе Иоанну XXIII с открытым письмом, которое он опубликовал в нескольких газетах. Остальные газеты быстро подхватили сенсацию. Разразился грандиозный скандал. После споров и препирательств Юзефа лишили прихода. Однако идеи Юзефа были поддержаны многими католическими деятелями и простыми верующими. Большая часть прихожан его прихода также поддержала своего пастыря и просто отказалась впускать нового ксёндза в собор. Власти Польской Народной республики решили не вмешиваться, а, фактически, поддержали Юзефа.
Вообще же раскол шёл не по государственным границам. Католики разных стран принимали кто сторону Юзефа, кто сторону Иоанна XXIII.
Один газетчик в шутку назвал отца Юзефа Гданьским папой. Однако шутка была подхвачена. 6 мая 1959 папа римский пригрозил отлучить раскольников от церкви. Ответ на это 29 мая 1959 в Гданьске состоялся собор (съезд) сторонников отца Юзефа (разумеется, не признанный Римской Католической церковью). Собор был объявлен конклавом, на котором отец Юзеф был единогласно провозглашён альтернативным папой. Вступив в этот сан, он взял себе имя Иннокентий XIV. Так в мире стало два папы: Римский и Гданьский. И, соответственно Римская Католическая церковь и Гданьская Католическая церковь. В газетах мелькали аббревиатуры РКЦ и ГКЦ.
А церковное имущество ещё долго и со скандалами делилось. Как я уже писал, власти ПНР официально заявив о своём невмешательстве в дела церкви, фактически поддержали Вацлава-Юзефа-Иннокентия. Ему даже выделили здание под резиденцию на ул. Дануси. И так произошло во всех странах Восточного блока. Хотя, ещё раз напоминаю, далеко не все поляки и католики других соцстран перешли в ГКЦ. Многие из них остались верны Ватикану. В Италии же, власти поддержали, причём открыто, папу Римского. Сторонникам Иннокентия пришлось снимать помещения за счёт пожертвований прихожан. Но запретить им никто не мог: демократия.
Бывало всякое. Например, драки. Так в Марселе во время стычки за собор Нотр-дам-де-ла-Гард, случилась поножовщина. С обеих сторон погибло 5 человек.
Но подробно описывать все эти события не хватит времени и сил. Пора вернуться к нашим героям. 4 главы о них ничего не было слышно. Читатель уже заскучал? Автор благодарит читателя за терпение и обещает вернуться к героям в следующей главе.

Шейха жалко.

Да уж...