Форум атеистов Рунета

Пара из Перми решила назвать сына Рожден — в честь Рождества, когда он родился.
Родители рассказали о радостном событии в соцсетях и решили также посоветоваться с пользователями о выборе имени. Однако их креатив поняли не все: комментаторы начали спрашивать, почему тогда выбрали Иисуса, один пользователь предложил сократить имя до «Рожа». Одна из пользовательница дала разумный совет: «Назовите мальчика Богданом. То есть данный Богом».

Среди первых откликов на мои романы встречался вопрос: откуда взяты славянские имена героев?

А откуда их можно было взять?

Несколько лет назад я начинала один из своих первых исторических романов и как-то раз пожаловалась сестре, что не могу придумать подходящего имени для главной героини. Разговор услышала наша бабушка и внесла предложение: “А чего ты мучаешься? Назови ее Маша, Даша”. “Но это было тысячу лет назад, – сказала я. – Тогда не было Маш и Даш”. “Быть не может! – бабушка мне не поверила. – Маша и Даша были всегда!”

В самом деле: имена из сказок про сестрицу Аленушку, братца Иванушку или Василису Премудрую настолько слиты в нашем сознании с «родной стариной», что воспринимаются как нечто исконное, коренное. Не только моя бабушка, но и многие известные писатели не могут взять в толк, что когда-то очень давно, до принятия Русью христианства и укоренения его в народном сознании, наши предки этих имен не знали. И действуют под пером романистов в 9 или 10 веке славянские девушки по имени Настя и Алена, мужчины Марко или Микула и многие им подобные. В поисках же исторического колорита активно используются имена из ранних частей летописей и из былин – но их там не так уж и много. Прямо скажем, мало до убожества. Дошло до возникновения теории, будто женщины в Древней Руси вообще не имели личных имен, поскольку одни из упомянутого набора (Рогнеда, Малфрида, Ольга) являются заимствованными у скандинавов, а другие (Предслава) якобы служили княжескими титулами. И кочевали десятилетиями из романа в роман Ольга и Вадим, Любава и Путята, Изяслав и Малуша – притом почти всегда без учета общественного положения носителя, так что высокие княжеские имена с корнями “слава” и “мир” доставались кузнецам и рыбакам, которые в исторической действительности едва ли имели на них право. Откроешь иную книгу, а там все имена знакомые, хоть здоровайся. А ведь роман – не трамвай, по рельсам ездить не предназначен. Некоторые же авторы делают еще проще – привыкнув к «бессмысленности» собственного имени, и для древнерусских героев подбирают в качестве имен бессмысленные сочетания звуков. Неоправданность, мягко говоря, этого пути, я думаю, объяснять не надо.

Кстати, ситуация с именами русского народа, привычная для нас, на самом деле является парадоксальной. Представители многих западных народов, принимая христианство, сохраняли после крещения свои исконные имена и их же давали детям. У современных скандинавов, например, большая часть имен – Бьёрн, Сигурд, Эрик, Арне, Астрид, Ингрид, Улав и многие другие – древнегерманского происхождения и имеет смысл для самих носителей. То же у немцев, у западных славян. Только наши дорогие предки при государственном крещении поддались своей дурацкой склонности принимать чужое, начисто отвергая свое, даже не задумываясь, а чем это чужое лучше. На сегодняшний день у русских в реальном обиходе сохранилось всего несколько мужских княжеских имен славянского происхождения (Владимир, Святослав) и НИ ОДНОГО женского. (Имя “Светлана” придумано Жуковским, имя “Людмила” принадлежало чешской княгине и попало к нам через те же святцы. Троица “Вера”, “Надежда” и “Любовь” являются переводом греческих имен святых, то есть тоже по сути заиствованы. Однако, спасибо и на том!) И если через три тысячи лет исследователи будущего попытаются установить происхождение русского народа, основываясь на его именах, то нас причислят к древним евреям со значительной примесью древних греков и римлян, небольшой – скандинавов и ничтожной – славян. Ибо абсолютное большинство наших «русских» имен по происхождению древнееврейские (включая «самого русского» Ивана), древнегреческого, латинского или древнескандинавского происхождения (Олег, Ольга, Игорь). До смешного дойдет, если вдуматься: какой–нибудь древний мученик носил не слишком красивое прозвище типа Головастый (Капитон) или Хромой (Клавдий), а после этого в его честь веками и даже тысячелетиями в очень отдаленных от его родины странах детей называют Капитонами, даже не зная о значении этого имени!

Значение наших имен – открытия для нас. Иной раз открытием является сам факт, что у имени есть значение, что оно не просто набор звуков, предназначенный отличать нас от соседей, что Николай означает “победитель народов” (что еще неплохо), Павел – “малыш” (что уже обидней), а Дмитрий – “посвященный Деметре” (что вызывает законное недоумение, при чем здесь Деметра и вообще кто она такая?)

Однако преобладание иноязычных имен – это еще полбеды. Если бы мы в полной мере использовали хотя бы те возможности, которые предоставляют те же святцы! Но у нас в ходу всего по десятку имен для каждого пола! В любом коллективе из десяти женщин обязательно будут Елена, Марина, Светлана, Ирина, Ольга, Наталья, Татьяна – и не по одной! Вспомните свой класс, группу, отдел – сами убедитесь. Стандартизация мышления – страшная вещь.

А между тем имя как грамматическая категория предназначено как раз для выделения одного человека из всех прочих. С точки зрения науки, личное имя не имеет множественного числа. В свое время на занятиях в институте меня это позабавило – с точки зрения грамматики нельзя сказать: «На скамейке сидели три Лены», потому что «Лена» может быть только ОДНА. А две другие – жертвы убогой фантазии родителей. Выбирают привычное. А ведь ничего ужасного в непривычном нет. Привычка – дело времени, и не слишком долгого. Лично я не встречала упоминаний о людях с именами Олег и Игорь раньше Великой Отечественной войны. Видимо, на волне патриотического подъема какой-то интеллигент-историк о них вспомнил, другим понравилось, вошло в моду и прижилось. И сейчас они входят в первую десятку. А могли бы вместо Олега и Игоря попасть Аскольд и Рюрик – у всех четырех имен совершенно одинаковое происхождение (скандинавское), близкие значения, одно и то же время бытования и даже исторический контекст.

Ну вот, целая статья получилась. Я не стремилась делать открытий, но вопрос об имени представляется мне очень важным. Общеизвестно, что имя влияет на судьбу, и неприятно звучащее или слишком распространенное имя может стать для человека источником постоянных неприятностей, вплоть до душевной болезни. Я никого не призываю “ломать традиции” и “возвращаться к корням”. Я просто прошу: задумайтесь на минуту, а надо ли с первых дней жизни вталкивать нового, неповторимого человека в толпу одинаковых и посвящать его чужим богам?

Возвращаясь к началу. До знакомства славян со Священным Писанием и крестин по святцам источником имен человеческих служил родной язык. Имя было живым, говорящим. Новорожденному оно давалось как пожелание – тогда в нем отражались те качества, которые родители хотели у ребенка видеть. Поводом к выбору имени могли быть обстоятельства рождения: чувства родителей, время года, время суток, месяц и состояние природы, пребывание дома или вне дома – и так далее до бесконечности. Имя могло замениться прозвищем, отражавшим качества или привычки носителя. Стоит только посмотреть на наши фамилии, каждая из которых когда-то была произведена от прозвища прапрадеда – и откроется огромное разнообразие. И источником имен для героев моих «славянских» исторических или фантастических романов служил древнерусский язык Вот примеры, как это делалось:

Берестень – берестяной сосуд, туесок

Брезь – “рассвет”, однокоренное с современным словом “брезжить”

Вешник – “вешний”, весенний

Ветоха – от слова “ветох”, луна в последней четверти

Вжелена – от “вжеленный” – желанный

Взимок – “подарок”

Вмала – от “вмале” – вскоре. Так могли назвать ребенка, родившегося вскоре после свадьбы родителей или после предыдущего ребенка

Вострец – имя для проворного и сообразительного мальчика

Дивий – “дикий”

Добровзора – от прилагательного “добровзорный”, то есть “приятный на вид, миловидный”

Завета – “заветная”

Закром – сокращенное от сочетания “из-за крома”, то есть принятый в род со стороны

Искрен – “родной, ближний”

Корец – “маленький ковш” (если, допустим, обладатель иног звонкого имени в раннем детстве надел себе на голову ковшик и не сумел снять, то родня навек закрепит за ним это прозвище, позабыв имя. Всякое бывает!)

Липень – древнее название месяца, когда цветут липы, то есть июля

Навыка – название травы

Неизмир – от древнерусского глагола “измирати” – “умирать”, то есть “не умрет”. Такое имя, как пожелание, могли дать ребенку, если он родился слабым или если до него дети в семье умирали маленькими.

Нечай – “нежданный”. Еще в прошлом веке слово “нечаянно” означало “неожиданно”

Пабедь – от слова “пабедье”, время перед полуднем

Поярок – “шерсть от первой стрижки молодой овцы и войлок, свалянный из этой шерсти”. А также, допустим, обладатель неизменного пояркового колпака.

Прапруд – “проливной дождь” (Это же – великая милость богов, так как обильный дождь предвещает богатый урожай и благополучие.)

Прибава – “прибавление рода”

Привалень – прозвище мужчины, принятого в род жены

Спожин – от названия жатвенного праздника

Спорина – “удача”, однокоренное со словом “спориться”, то есть хорошо получаться

Укреп – “укрепление рода”

Ярец – одно из многочисленных возможных производных от слова “яр”, обозначавшего буйную жизненную силу в широком смысле

Буйная фантазия родителей тоже не очень. А то какая-нибудь Тракторина или ВОСР всё жизнь будут мучиться.

мне мое имя нравится я его и за ник то везде беру

А я ещё и отчество добавляю, чтоб с другими Евгениями не путали.

Первые деревянные многоэтажки могут построить в России уже в этом году. Пилотный проект решили запустить в Вологодской области. Об этом сообщил председатель Ассоциации деревянного домостроения (АДД) Дмитрий Руденко.

По словам Руденко, сейчас специалисты согласовывают строительство двух домов в городе Сокол. Если проведение работ одобрят, то в области уже до конца года могут появиться четырехэтажные здания из дерева. Ранее предлагалось построить деревянный дом с апартаментами в Москве, но пока эту инициативу отложили, уточнила «Российская газета».
«Многие считают, что жить в деревянном доме опасно из-за риска пожаров. Но с научной точки зрения все не так страшно. Температура начала обугливания — 270 градусов Цельсия, то есть от искры деревянная конструкция точно не вспыхнет», — пояснил старший специалист научно-технического направления АДД Владимир Стоянов.
Он добавил, что во время пожара древесина не теряет свою прочность. Конструкция обугливается, но внутри продолжает быть прочной. При этом металл при пожаре теряет крепкость.

"Лета 7134, майя в 3 день, в середу, в 10 часу дни, в Москве, в Китае, загорелся двор вдовы Иванова жены Третьякова, и учал быти в то время ветр великой к Кремлю-граду, и от ветру занялись в Китае церкви и многие дворы и в рядах лавки, и учал в Китае пожар быти великой, и от того пожару у Покрова Пречистой Богородицы на рву (Василия Блаженного) на всех церквах занялись верхи, и по Фроловской (Спасской) башне учало гореть и на Кремле кровля, и оттого в Кремле-городе и всяких чинов людей дворы почали гореть, и многие церкви Божии в Китае и в Кремле-городе погорели, опричь больших соборов, и в Государевых дворах деревянные крыши погорели, и в палатах во многих горело, и во многих приказах многие Государевы дела и многая Государева казна погорела. А Государь в то время был у Троицы в Сергиеве монастыре и из походу пришел к Москве майя в 7 день".